Если кто-то думает, что можно учиться вечно и всю свою жизнь ходить в школу, то он глубоко заблуждается. Ещё месяц и учёбе придёт конец. Прощай классы, прощай зубрёжка и всяческие там экзамены. Восемнадцать лет в стенах пусть и не последнего по рейтингу, но одного и того же заведения ограничивает. Нет, конечно же, ограничивает не в познании особенностей мира и не в обретении навыков и способностей подчинять силы природы по своему усмотрению. Нет! Ограничивает, если выражаться точнее, в самом мире, в свободе волеизъявления в его мировых безграничных и порой непредсказуемых по форме и содержанию пространствах.
Небольшой, но уже знаменитый Шаубург расположенный в долине озёр у горы “Всех Святых”, просыпался, готовясь встречать новый безоблачный день. В городе с незапамятных времён проживали и продолжают жить искусные ремесленники, художники, войны и учёные. Каждое утро, настраиваясь на серьёзный деловой лад и не на минуту не забывая о порядке в головах, чистоте помыслов и красоте своих жилищ, шаубургцы с почтением относятся к заветам предков и чтят придания. Город для всех его жителей является не только местом проживания и реализации, но и опорой в жизни, источником вдохновения и сил в познании истины. Указание первого бургомистра мистера Браунхельма, поддержанное и одобренное, в своё время, объединением творческих цехов, гласило, что город, как священный питающий и защищающий источник, требует нашего внимания и заботы не меньше, чем забота о собственном здоровье и благополучии. И это было истинной правдой. Все и поныне не только знают цену этим словам, опирающимся на тысячелетнюю историю, но и понимают ценность мистических основ заложенных в законодательном свитке, воспринятых от корней культуру нашего народа.
Однако, представлюсь! Зовут меня Эвар Витерхольм, и я сейчас сплю в своей кровати в мансарде дома расположенного рядом со второй восточной крепостной стеной. Если смотреть с башни Тураут, что возвышается в непосредственной близости, наш дом совсем недалеко от замка высших наук и святилища Бера. Мне с детства нравилось это спокойное место, которое находится вдалеке от шумных торговых лавок, кузнечных мастерских и наполненных барабанной дробью военных полигонов. Но не только этим примечателен наш район. Ко всему прочему и в отличие от остальных дорог города, вымощенных бурым гранитным камнем, наша улица, сложена из искрящегося на солнце серебристо-розового туфа и по ней не позволяется проезжать повозкам и всадникам. Сам Браунхельм ходил по ней пешком и, как мне кажется, получал от этого истинное наслаждение. Если идти по ней вправо, то извиваясь и виляя она может привести вас на центральную городскую площадь, а если пойти налево, то наверняка выведет к южным городским воротам. В этом удивительном и красивом месте я и родился 22 года назад и живу тут со своими предками, братом Гарольдом и младшей сестрой Хельтой. Мои родители не занимают каких-либо высоких постов и не участвуют непосредственно в управлении делами округа, но пользуются уважением граждан, являясь мастерами своего дела. Отец трудится в лаборатории пневматики, где через сгущение воздушных масс производятся чистейшие минералы, а матушка заведует детской библиотекой метафизической литературы. Брат является гордостью всей семьи. После начальной школы, он выбрал для себя военную карьеру. Окончив академию гравитационной защиты, он уже пятый год командует подразделением истребителей антител главного разведывательного управления при министерстве всеобщей обороны. Хельта ещё маленькая, ей всего четырнадцать, но она уже мечтает связать свою жизнь с ДНК-инженерией. Что из её затеи получится, пока сказать сложно, так как она большая фантазёрка и по нескольку раз на день меняет свои планы. Глядя на её эксцентричное поведение и живость ума, наш сосед мистер Брокли, возглавляющий городской департамент информации, в шутку или в серьёз, но обещал её взять к себе в сотрудники.
Предчувствие утра ещё больше заставляет цепляться за сладкий сон, но городские улицы уже пронизаны лучами восходящего солнца и свет не даёт расслабиться, побуждая к открытию глаз. Как же всё-таки не хочется просыпаться…
Поскрипывая ступенями лестницы ведущей на мансарду, уже который год и каждое утро ко мне в комнату поднимается мама и, подёргивая за угол одеяла, призывает к совести. Вот и сегодня, прямо сейчас я слышу её настойчивый голос:
- Эвар, пора вставать, петушок пропел давно…!
