В четвертой беседе с Д. Кришнамурти Андерсон упоминает о статье некой Симоны Вайл, в которой она написала о том, что учитель несет ответственность не только за сам предмет обучения, но и за то, чтобы учить студентов акту непосредственного (чистого) восприятия. Я не знаю, кто такая эта Симона, но написала она исключительно правильную и просто глубочайшую вещь, и именно об этом акте, его сути и заключенных в нем возможностях я и хотел бы немного поговорить.
Как-то раз я мне посчастливилось лететь в самолете с одним интересным и достаточно умным человеком. Он был капитаном какого-то иностранного корабля, ходящего в основном в Персидском заливе, недавно сломал руку и летел домой лечиться. Этот человек рассказал мне много интересных вещей, плюс к этому он немного интересовался философией, и мы с ним очень интересно пообщались. В процессе этого общения он, отстаивая ту точку зрения, что в этой теме совершенно никому ничего не понятно, спросил меня, могу ли я объяснить ему тот самый первичный акт познания, первичный акт понимания, над которым испокон веков бьются все философы человечества. И я, конечно же, сделал это, так как к тому времени уже постиг тот самый великий «секрет», о котором и хочу вам тут поподробнее рассказать.
Я думаю, почти каждый из нас помнит (или вспомнит, если немного напряжется), как это было в детстве, когда они учились в школе, и как это периодически происходит сейчас. Например, как это работало, когда мы пытались решить какую-нибудь задачу, которая нам никак не давалась, или понять что-либо сложное: когда вся наша логика, все способности нашего ума были исчерпаны, мы просто сидели и тупо держали наше внимание на интересующем нас вопросе с намерением решить, разобраться, понять. И вдруг, в один момент – бац, озарение, мы поняли.
Затем, после этого первичного понимания и ясности, включался процесс мышления, переводящий наше первичное озарение в мысли и слова. Это достаточно простой процесс, происходящий достаточно часто и хорошо знакомый почти всем нам. Однажды много лет назад я беседовал с одним своим другом, занимавшимся перегонкой машин. Это был достаточно простой человек, который, тем не менее, не только осознавал вышенаписанное, но и на практике пользовался этим, с позволения сказать, явлением. Мы говорили о сложности иномарок, в отличие от отечественных машин, и о том, что делать, если в пути машина вдруг заглохнет. Я сказал, что это большая проблема, так как разобраться, почему это произошло, для нас неспециалистов, крайне сложно. Он согласился с этим, но сказал, что знает, что в этом случае делать, уже не раз применял это на практике и готов поделился со мной этим секретом.
Он сказал, что если это произойдет, то нужно выйти из машины, открыть капот и просто смотреть на то, что находится под ним с намерением разобраться. То есть просто стоять, зная, что ты толком в этом не разбираешься, и тупо смотреть, терпеливо держать внимание, пока вдруг не станет ясно, в чем проблема. Он сказал, что последний раз с ним это произошло несколько месяцев назад, и ему потребовалось около двадцати минут пристального внимания, чтобы понять, почему Опель Фронтера, который он перегонял из Германии, отказывался ехать. Тут следует сказать, что он, естественно, разбирался в принципиальном устройстве автомобиля и знал в общих чертах, что там куда и откуда, но не был автомехаником. Красиво, правда?
Теперь давайте несколько более подробно рассмотрим сам акт восприятия и осознания и соединим вышенаписанное с нашей классикой. Итак, что есть наше восприятие? Скольжение ли это нашего внимания просто по поверхности вещей или нечто большее? Привыкнув жить лишь визуальным содержанием восприятия в материалистической культуре, мы просто не отдаем себе отчета в своих возможностях, в возможностях своего восприятия, мы просто не знаем об их существовании. Однако самым важным для нас является знание того, что акт восприятия, то есть акт приложения и направления внимания напрямую связан с осознанием, то есть с непосредственным знанием того, что мы воспринимаем (как мы, я надеюсь, помним, именно осознание дает начало восприятию, а не наоборот).
Это означает, что мы можем напрямую знать все то, на что направляем наше внимание. Интенсивность и функциональность этого знания зависит от интенсивности нашего восприятия, от интенсивности приложения внимания, то есть от того количества нашей энергии, которая непосредственно направлена на какой-либо объект. Причем под словом «объект» я имею в виду не только материальные объекты, но и различные идеи, проблемы, вопросы – все, что угодно. На самом деле, я говорю ни о чем ином, как о том самом безмолвном знании, про которое мы все читали. Я не хочу здесь лезть в глубину, говорить об очистке связи с духом и т.п. (хотя именно интенсивность нашего контакта с намерением и определяет функциональность и доступность для нас этого безмолвного прямого знания), про это уже достаточно сказано и написано. В этой главе меня больше интересует понимание нами самой возможности знать и раскрывать вещи, просто удерживая на них внимание, принятие нами самой возможности делать это на повседневном уровне и главное из того, что нам для этого необходимо.
Психологический тест “ЮСЭФО. Форма Г”. Данная психодиагностическая методика предназначена для изучения уровня концентрации внимания и устойчивости внимания испытуемого. Концентрация внимания ...
Пределы восприятия. Восприятие ребенка гораздо менее ограничено, чем у взрослого, и ему зачастую доступны такие стороны реальности, ...
Внимание ребенка. Чем дольше ребенок может удерживать свое внимание на задаче, тем глубже он может проникнуть в ...